Неточные совпадения
В жилах его
льется ее
кровь.
Не
лились ли реки
крови из-за догматов, не раздиралась ли церковь из-за йоты?
Спор оканчивался очень часто
кровью, которая у больного
лилась из горла; бледный, задыхающийся, с глазами, остановленными на том, с кем говорил, он дрожащей рукой поднимал платок ко рту и останавливался, глубоко огорченный, уничтоженный своей физической слабостью.
После смерти жены Привалов окончательно задурил, и его дом превратился в какой-то ад: ночью шли оргии, а днем
лилась кровь крепостных крестьян, и далеко разносились их стоны и крики.
Дохнéт Яр-Хмель своим жарким, разымчивым дыханьем —
кровь у молодежи огнем горит, ключом кипит, на сердце легко, радостно, а песня так и
льется — сама собой поется, только знай да слушай.
— Не про то говорю, ненаглядная, — продолжал Алексей. — Какой мне больше радости, какого счастья?.. А вспадет как на ум, что впереди будет, сердце
кровью так и обó
льется… Слюбились мы, весело нам теперь, радостно, а какой конец тому будет?.. Вот мои тайные думы, вот отчего невеселый брожу…
Но что сказал я? Где Руслан?
Лежит он мертвый в чистом поле;
Уж
кровь его не
льется боле,
Над ним летает жадный вран,
Безгласен рог, недвижны латы,
Не шевелится шлем косматый!
Лилась кровь в языческом мире, умилостивлялось божество жертвой в самых разнообразных формах, но искупление не совершалось, надежда на спасение, на вечную жизнь не являлась.
Во имя грядущего
льется здесь
кровь,
Здесь нет настоящего, — к черту любовь!
Тысячи пудов хлеба и мяса гниют, не находя сбыта, а рядом тысячи людей умирают с голоду, не находя работы; потоками
льется кровь, чтоб в отдаленнейших частях света отвоевать рынки для сукон и бархата, а люди, изготовляющие эти сукна и бархаты, ходят в ситце и бумазее.
Они прошли и исчезли за западной заставой, по направлению к Польше, где, как говорили, «уже
лилась кровь», а в город вступали другие отряды…
Белые тряпки спрятаны — и снова свистят орудия смерти и страданий, снова
льется честная, невинная
кровь, и слышатся стоны и проклятия.
У ней самой так волновалась
кровь, так смутно было в голове и так хорошо, так богато чувствами на сердце, что она в каком-то безотчетном порыве бросилась в его объятия, и ее слезы градом
лились на пестрый парижский жилет Владимира Петровича.
Исхудалое лицо женщины с большими, широко раскрытыми глазами, совершенно лишенными проблеска мысли, было полно такого невыразимого нечеловеческого страдания, что невольно при взгляде на него сердце обливалось
кровью и слезы
лились из глаз.
А другой раз случалось и так, что голова словно в огне горит, ничего кругом не видишь, и все будто неповинная
кровь перед тобою
льется, и кроткие речи в ушах слышатся, а в углу будто сам Деоклитиян-царь сидит, и вид у него звероподобный, суровый.
— Вот
кровь моя — за правду
льется!
Голос ее
лился ровно, слова она находила легко и быстро низала их, как разноцветный бисер, на крепкую нить своего желания очистить сердце от
крови и грязи этого дня. Она видела, что мужики точно вросли там, где застала их речь ее, не шевелятся, смотрят в лицо ей серьезно, слышала прерывистое дыхание женщины, сидевшей рядом с ней, и все это увеличивало силу ее веры в то, что она говорила и обещала людям…
Невольно в уме Святозаровой возникло сравнение между тем сыном, который с честью сражается с неприятелем, и этим, старшим, который проводит время среди праздности и веселья, в то время когда там, на границах Турции,
льется кровь героев.
А офицерам скучно, неодолимо скучно под тесными палатками; дождь моросит, ветер трясет веревки, поколыхивает полотно, а там-то… куда Ицко зовет, тепло, светло, шампанское
льется и сарматская бровь зажигает
кровь.
Рука держалась за расшибленные зубы, из перебитого носа
лилась кровь, пуговицы френча были оборваны. Часовые втолкнули его обратно в номер. Катя узнала Бориса Долинского, племянника Мириманова.
Я тотчас же понял, что уж и тут пахнет Дальним Востоком, теми местами, где
льётся русская
кровь, куда стремлюсь я, а ранее меня уже унеслись туда мои мысли.
Багряные лучи солнца обливали стены и башни города
кровью, зловеще блестели стекла окон, весь город казался израненным, и через сотни ран
лился красный сок жизни; шло время, и вот город стал чернеть, как труп, и, точно погребальные свечи, зажглись над ним звезды.
Ты права! что такое жизнь? жизнь вещь пустая.
Покуда в сердце быстро
льется кровь,
Всё в мире нам и радость и отрада.
Пройдут года желаний и страстей,
И всё вокруг темней, темней!
Что жизнь? давно известная шарада
Для упражнения детей;
Где первое — рожденье! где второе —
Ужасный ряд забот и муки тайных ран,
Где смерть — последнее, а целое — обман!
В той же самой Александровской слободе, где столько лет
лилась боярская
кровь, Иоанн, обагренный сыновнею, в оцепенении сидел недвижно у трупа, без пищи и сна несколько дней.
Сергей тоже встал и отдулся. Зиновий Борисыч лежал мертвый, с передавленным горлом и рассеченным виском. Под головой с левой стороны стояло небольшое пятнышко
крови, которая, однако, более уже не
лилась из запекшейся и завалявшейся волосами ранки.
Везде, где враг бежит и
льется кровь,
Видна рука и шашка Измаила.
„Пускай, дескать,
льется кровь моих братьев, страдают честь и благосостояние моего отечества, мне хорошо в объятиях друга, я вполне наслаждаюсь безмятежными благами“.
«Наконец, только теперь могу сказать тебе, мой друг, — писал он, — что все в крае спокойно. Воля твоя исполнена. Обезоруженный нами жонд не был в состоянии ничего предпринять.
Кровь братьев не будет больше
литься. Счастье наше обеспечено. Я остался здесь только на два дня по экстренным хозяйственным делам. Через 48 мучительных часов разлуки я, счастливейший из смертных, обнимаю тебя. Но, желая тебя успокоить на свой счет, посылаю с этим письмом нарочного. Да будет над тобою благословение Божье.
— Я лекарь, Владимир Сергеевич; я привык видеть горесть и отчаяние; но клянусь вам богом, в жизнь мою не видывал ничего ужаснее. Она в полной памяти, а говорит беспрестанно о церковной паперти; видит везде
кровь, сумасшедшую Федору; то хохочет, то стонет, как умирающая; а слезы не
льются…
— Итак, я должен оставаться хладнокровным свидетелем ужасных бедствий, которые грозят нашему отечеству; должен жить спокойно в то время, когда
кровь всех русских будет
литься не за славу, не за величие, но за существование нашей родины; когда, может быть, отец станет сражаться рядом с своим сыном и дед умирать подле своего внука.
Я не унес бы с собою в могилу ужасной мысли, что, может быть, русские будут рабами иноземцев, что
кровь наших воинов будет
литься не за отечество, что они станут служить не русскому царю!
Так, как у классиков трагедия была не трагедия, если в ней не было греческих или римских героев, так, как классики беспрестанно воспевали дрянное фалернское вино, употребляя прекрасное бургонское, — так поэзия романтизма поставила необходимым условием рыцарскую одежду, и нет у них поэмы, где не
льется кровь, где нет наивных пажей и мечтательных графинь, где нет черепов и трупов, восторженности и бреда.
Пресвятая Богородица,
Где спала, почивала?
В городе Ерусалиме,
За божьим престолом,
Где Исус Христос
Несет сосуды:
Кровь и руда
льетсяИ снется (?) и вьется.
Кто эту молитву знает,
Трижды в день читает, —
Спасен бывает. —
Первое дерево кипарисово,
Второе дерево истина,
Третье дерево вишнево. —
От воды и от потопу,
От огня — от пламя,
От лихова человека,
От напрасной смерти.
— Гляньте-ка, братцы! — воскликнул радостно Прошлый, указывая на Григория, — так и пышет весь отвагой! Я готов спорить на что угодно, что не
кровь, а огонь
льется в его жилах…
Мальчик лежал ниц, замирал в тихих, но сильных содроганиях и захлебываясь собственною горячею
кровью, которая
лилась из раны прямо в шапку и, наполняя ее, быстро задушила его через рот и ноздри.
Что здесь шло до Жегулева, а что родилось помимо его, в точности не знал никто, да и не пытался узнать; но все страшное, кровавое и жестокое, что в то грозное лето произошло в Н-ской губернии, приписывалось ему и его страшным именем освещалось. Где бы ни вспыхивало зарево в июньскую темень, где бы ни
лилась кровь, всюду чудился страшный и неуловимый и беспощадный в своих расправах Сашка Жегулев.
— Гляньте-ка, братцы, — воскликнул радостно Пропалый, указывая на Григория, — так и пышет весь отвагой! Я готов спорить на что угодно, что не
кровь, а огонь
льется в его жилах…
И уже на другую губернию перекинулось страшное имя Сашки Жегулева, и, точно в самом имени, в одном звуке его заключался огонь, куда ни падало оно, там вспыхивал пожар и
лилась кровь.
Жестоким провидцем, могучим волхвом стал кто-то невидимый, облаченный во множественность: куда протянет палец, там и горит, куда метнет глазами, там и убивают — трещат выстрелы,
льется отворенная
кровь; или в безмолвии скользит нож по горлу, нащупывает жизнь.
Великий грех!.. Но чем теплее
кровь,
Тем раньше зреют в сердце беспокойном
Все чувства — злоба, гордость и любовь,
Как дерева под небом юга знойным.
Шалун мой хмурил маленькую бровь,
Встречаясь с нежным папенькой; от взгляда
Он вздрагивал, как будто б капля яда
Лилась по жилам. Это, может быть,
Смешно, — что ж делать! — он не мог любить,
Как любят все гостиные собачки
За лакомства, побои и подачки.
Разверните какую хотите историю, везде вас поразит, что вместо действительных интересов всем заправляют мнимые, фантастические интересы; вглядитесь, из-за чего
льется кровь, из-за чего несут крайность, что восхваляют, что порицают, — и вы ясно убедитесь в печальной на первый взгляд истине — и истине полной утешения на второй взгляд, что все это следствие расстройства умственных способностей.
Он рассмотрел, что труп был в чистом белом сарафане с красным шитьем и… с перерезанным горлом, из которого
лилась кровь…
Да оглянитесь кругом:
кровь рекою
льется, да еще развеселым таким образом, точно шампанское.
От Севильи до Гранады,
В тихом сумраке ночей,
Раздаются серенады,
Раздается стук мечей;
Много
крови, много песней
Для прелестных
льется дам, —
Я же той, кто всех прелестней,
Песнь и
кровь мою отдам!
От лунного света
Горит небосклон,
О, выйди, Нисета,
Скорей на балкон!
И после нас опять будет плакать человек и
кровь будет
литься.
Знаешь ли ты, сколько
крови из меня
лилось после мучительства твоего? По шею рубаха-то в
крови бывала! Вот почему не рожу, муж милый! Как же ты можешь упрёки мне делать за это, а? Как же харе твоей не совестно смотреть-то на меня?.. Ведь убивец ты! Понимаешь ли — убивец! Убивал ты, сам убивал деток-то своих! а теперь меня упрекаешь за то, что не рожу…
— Убился… убился из ружья! Ползает по полу, а
кровь так и
льётся, так и
льётся… Пустите вы меня…
— Православные! — трубит солдат, указывая кулаком в окно. — Это вот для них, богатеев, гоняют нас вокруг земли, ради их
льётся мужицкая
кровь…
Ко славе вашей, Россияне! — скажет некогда История, — что у вас первых престала
литься кровь человеческая на эшафотах!
«Идея» пролетариата, во имя которой
льется столько
крови, которая вызывает такую фанатическую себе преданность, оказывается совершенно бессодержательной идеей.